ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ ДИВИЗИЯ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ

ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ ДИВИЗИЯ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, 21 ДНО, ДВАЦАТЬ ПЕРВАЯ ДНО

Двадцать первая дивизия народного ополчения Киевского района Москвы была сформирована в школе № 59 (Староконюшенный переулок, дом 1).  Одна ее половина  была укомплектована из рабочих: Хладокомбината, Дорогомиловского химзавода, Железнодорожного узла, Фабрика Сакко и Ванцетти,  Кондитерской фабрики имени Бабаева, Московского холодильного комбината, а также колхозников Пушкинского района. Другую половину составляли служащие, научная и творческая интеллигенция из Научно-исследовательских институтов Академии наук, Театра имени Вахтангова, Студии «Мосфильм», Высших учебных заведений. Так, известный философ-академик Б.М. Кедров, научный сотрудник Биохимического института имени Баха и его супруга Т.Н. Ченцова были зачислены в дивизию. Вначале он был командиром орудия, а она подносчиком снарядов. Из института Академии наук СССР пришли в дивизию доктора наук, профессора С.М. Абалин и П.С. Черемных, Д.Т. Шепилов.  Среди добровольцев 4-го июля в дивизию, в роту связи 2-го стрелкового полка записался Кондратюк Ю. В. Сейчас его работы признаны во всем мире, и он по праву стоит в ряду пионеров мировой космонавтики.  В дивизии было также немало добровольцев из числа учащихся школ и других учебных заведений района, которым исполнилось 18 лет. Но были и те, которые не достигли этого возраста. Например, 23 учащихся 9-х классов средней школы №56 в возрасте 16-17 лет. Несколько сот добровольцев было включено в дивизию из районов Московской области. А всего на пункт сбора дивизии 6-го июля 1941-го года прибыло 7660 человек. Большинство из них не имело военной подготовки, но основной командный состав дивизии, частей и подразделений был укомплектован из числа кадровых военных, имевших опыт ведения боевых действий. Немало было и молодых командиров, выпускников военных училищ 1941-го года. Командиром дивизии был назначен полковник Богданов А. В., преподаватель одной из военных академий города Москвы, участник советско-финляндский войны, кавалер ордена Красного Знамени. Штаб дивизии возглавил преподаватель тактики Военной академии имени Фрунзе полковник Г.Н. Первенцев.
       7-го июля ополченцы дивизии совершили в пешем строю 40-километровый марш, и сосредоточились в лесном лагере западнее Москвы. 24-го июля там было организовано вручение боевых знамен. 15-го августа, после завершения комплектования подразделений и частей личным составом, боевой техникой и материальными средствами, дивизия покинула свой подмосковный лагерь и по старой Смоленской дороге выступила на фронт. Трехсуточный форсированный марш стал серьезным испытанием для ополченцев дивизии. По приказу командования дивизия заняла полосу обороны на Ржевско-Вяземском оборонительном рубеже и вошла в состав 33-й армии. 29-го августа она была переименована в 173-ю стрелковую дивизию.  Вошедшие в ее состав стрелковые полки получили номера: стрелковые полки - 1311-й, 1313-й, 1315-й, артиллерийский полк стал 979-м артиллерийским полком. Командиром 1311-го стрелкового полка стал майор Иванов, 1313-го стрелкового полка - подполковник П.Т. Дуб, командиром 1315-го стрелкового полка - майор В.И. Белогуб.  Начальником артиллерии дивизии стал подполковник В.И. Кобзев. Политический отдел дивизии возглавил известный ученый-экономист Д.Т. Шепилов , впоследствии ставший генерал-майором, членом Военного совета 4-й гвардейской армии, а после войны - Министром иностранных дел СССР (вспомним советские времена  "...и примкнувший к ним Шепилов..."). 
        2-го октября 1941-го года уже в 15.00 немецкая колонна в 100 танков заняла район Липчаты – Мамоновка, по направлению на Бетлицу и Киров. Немецкой пехотой  были захвачены железнодорожные мосты, юго-восточнее, Буда через реку Снопот. На участке 173-й сд всю ночь на 3-е октября через полосу ее обороны шли на восток разрозненные подразделения отступавшей 217-й сд, соседнего Брянского фронта, строительные части, тянулись подводы и машины с гражданским населением. В 3.00 утра  3-го октября была послана дополнительная разведка на левый фланг дивизии – в Бытош. За Бытошью - никаких советских войск не оказалось. Примерно через два часа немцы с ходу атаковали боевое охранение дивизии, которое после небольшого боя было отведено за передний край. К полудню пехота противника атаковала передний край по всему фронту дивизии. Первая атака была легко отбита артиллерийским и пулеметным огнем. Немцы вновь атаковал, но теперь вдоль железной дороги Киров - Рославль, Впереди пехоты наступало около 20 танков. По обе стороны железной дороги на линии Погребки, Дубровка, Вороненка разгорелся первый бой дивизии. Авиация противника безнаказанно действовала с небольших высот, так как зенитной артиллерии у дивизии не было. В результате второй атаки противнику удалось ворваться в населенный пункт Засецкий. В 14 00 пехота и бронемашины 4-Й танковой группы немцев были уже в Погребках (17 км западнее Кирова). К 17 00 бои шли на фронте Хотожа – Дубровка. Когда стемнело, бой на фронте дивизии стал затихать, враг больше не пытался атаковать, только его авиация еще продолжала бомбить Киров и станцию Фаянсовая.
       Вечером было получено донесение из штаба 1315-го стрелкового полка о том, что полковая разведка обнаружила движение танковой колонны противника через Бытош в направлении Жиздры (25 километров юго-восточнее Людиново). По-видимому, противник стремился обойти 173-ю дивизию и выйти на Варшавское шоссе к Юхнову, а также через Жиздру на Сухиничи. В создавшейся обстановке командир дивизии полковник А.В. Богданов решил начать отход за реку Болву , в этой связи он выслал вперед разведку и рекогносцировочную группу для наметки нового оборонительного рубежа и приема на нем отходящих частей. Приказ об отходе частей был встречен с недоумением. Командиры полков не понимали, почему нужно отходить, когда все атаки противника отбиты. Пришлось разъяснить сложившуюся обстановку и подтвердить приказ о немедленном отходе. Ночью части дивизии сумели незаметно оторваться от противника. Сложность отхода заключалась еще и в том, что нужно было пройти через большие лесные массивы. Вязкая глинистая почва, глубокие рытвины и колеи, заполненные дождевой водой, делали грунтовые дороги почти непроезжими. Тем не менее с большим напряжением дивизия за ночь перешла через реку Болву, не потеряв ни одной пушки и машины, к вечеру 4-го октября заняла новый оборонительный рубеж по восточному берегу Болвы. Киров и Фаянсовая горели, вспыхнули баки с нефтью, и черный густой дым застлал горизонт. В середине дня 4-го октября немцы вошли в город. До наступления темноты дивизия заняла оборону, имея в первом эшелоне 1311-й и 1315-й стрелковые полки, а во втором — 1313-й стрелковый полк.
       На участке 173-й дивизии, ночью на 5-е, было получено сообщение, что довольно крупные силы врага двигаются в обход Людиново в направлении на Сухиничи. Командир дивизии полковник А.В. Богданов и комиссар И.А. Анчишкин собрали совещание. На совещании мнения разделились. Начальник штаба Первенцев Г.Н. и начальник оперативного отделения считали, что бой принимать не следует. Целесообразно отойти в район Сухиничи для обороны этого важного железнодорожного узла. Большинство же присутствовавших на совещании предлагали обороняться на данном рубеже, мотивируя это тем, что "ни одной пяди своей земли мы не имеем права отдавать без боя". Командир дивизии принял решение об упорной обороне занятого рубежа. Рано утром 5-го октября командир 1311-го стрелкового полка майор Иванов доложил, что запасной полк ночью снялся с позиций и ушел. Теперь у дивизии вновь оказались открытыми, как и в первом бою, оба фланга. Первенцев снова предложил немедленно начать отход лесами на Сухиничи. Но это предложение было снова отвергнуто.
       Немцы начали наступление около 11 часов 5-го октября. Главный удар противник наносил вдоль железной дороги Киров — Сухиничи силами вновь введенной 17-й пехотной дивизии, поддержанной 50-тью танками. В направлении Погост, Космачево наступала 260-я пехотная дивизия, а на Людиново - около двух полков 52-й пехотной дивизии и 15 танков. Таким образом, против одной 173-й дивизии выдвигалось около трех пехотных дивизий и 60 — 70 танков, причем фронт наступления противника был значительно шире полосы обороны 173-й стрелковой дивизии. Фланги дивизии захлестывались. Особенно сильный удар противник обрушил на 1311-й стрелковый полк. Пехота врага ворвалась в Староробужский и начала развивать наступление, обходя оба фланга полка. Вражеские автоматчики просочились лесом в район командного пункта полка и окружили его. Несмотря на упорное сопротивление и неоднократные контратаки, полк, понеся большие потери, не смог удержать свой рубеж и начал отходить. На участке 1315-го стрелкового полка все атаки врага были успешно отражены. К полудню одна гаубичная батареи 979-го артполка выехала на опушку леса, в полутора километрах южнее Ухобичи, в район командного пункта и открыла огонь прямой наводкой по противнику, наступавшему на село Гавриловку. Батарея была засечена и на нее обрушился огонь минометов, который вместе с батареей накрыл и командный пункт. Только отрытые за ночь щели спасли личный состав штаба и командование дивизии от гибели. В 14 часов вражеская пехота, овладев Гавриловкой, продолжала продвигться на Ухобичи. Командир дивизии решил ввести в бой свой второй эшелон (1313-й стрелковый полк), чтобы восстановить положение. Полк получил приказ выдвинуться в исходное положение для контратаки, но в это время из Гавриловки начали выходить и развертываться в боевой порядок 40 танков противника. Они шли на Ухобичи, обгоняя свою пехоту. Стало понятно, что контратака 1313-го стрелкового полка против танков и пехоты будет безуспешной, поэтому командир дивизии отменил приказ о контратаке. Полк занял оборону на опушке леса южнее Ухобичи. Встреченные организованным огнем с опушки леса, танки повернули в восточном направлении на деревню Маклаки, выходя на тылы дивизии. Левый фланг 1315-го стрелкового полка южнее Людиново противник обошел. Здесь он направил танки в тылы полков в район Заболотье. 1315-й сп стал отходить, прикрываясь одним батальоном. Связь с ним нарушилась. Отходил и 1311-й полк. 1313-й стрелковый полк был скован тяжелым боем с превосходящими силами неприятеля. Фланги дивизии оказались обойденными, просочившиеся в глубь частей отдельные группы противника напали на дивизионные тылы. Одновременно, враг в районе Котовец выбросил небольшой парашютный десант.
       Дивизия попала в окружение. Штаб дивизии и политотдел, с остатками комендантского взвода, лесом двинулись на соединение с 1315-м полком. Командир дивизии принял решение пробиваться в район Сухиничи и, прикрывая отход главных сил дивизии 1313-м полком, до наступления темноты сдерживать противника на занимаемом рубеже. Потом 1313-й стрелковый полк, составив арьергард дивизии, должен отходить на Космачево, Маклаки и далее на Сухиничи. В деревне Космачево штаб дивизии соединился с 3-м батальоном 1315-го стрелкового полка, который с полковой батареей 75-мм пушек прикрывал отход полка. Глубокой ночью командование, штаб и политотдел дивизии вместе с 3-м батальоном 1315-го полка вышли к Котовец, где к ним присоединилась небольшая группа местных партизан. Вечером 8-го октября в районе Холмищи – Медынцево (80 километров юго-восточнее Кирова) командование 173-й дивизии соединилось со своими 1313-м и 1315-м полками, которые после боев на реке Болве, потеряв связь со штабом, отходили самостоятельно. 1311-й стрелковый полк и два дивизиона 979-го артполка погибли в боях 5-го числа. К вечеру 173-я дивизия Киевского района продолжила движение. Стояла исключительно плохая погода. Резкий северо-восточный ветер закрутил снежный буран (8-го октября). На рассвете, 173-я дивизия соединилась в районе Ульяново (40 километров западнее Белева) с частями отходившей 50-й армии.