ПЯТАЯ ДИВИЗИЯ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ

ПЯТАЯ ДИВИЗИЯ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, 5 ДНО, 5 ДИВИЗИЯ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, МУЗЕЙ 1561, МУЗЕЙ 5 ДНО, МУЗЕЙ 5 ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, ВСЕРОССИЙСКАЯ ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ ОЛИМПИАДА "БЕЗЫМЯННЫЕ ВЫСОТЫ ПОДМОСКОВЬЯ"
ЛИЦЕЙ 1535, ШКОЛА 1535, ЛИЦЕЙ №1535, МУЗЕЙ 5 ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, РЫХЛОВА ВАЛЕНТИНА

Дивизия Фрунзенского района Москвы формировалась в Московском государственном педагогическом институте иностранных языков (Метростроевская улица, дом 38). В июле 1941-го года сюда пришли добровольцы - рабочие, инженеры, служащие с заводов "Каучук", "Электросвет", шелкоотделочной фабрики имени Свердлова и шелкоткацкого комбината "Красная Роза", Наркомстроя, Управления строительства Дворца Советов, и других различных организаций и предприятий. Большой отряд составляли преподаватели и студенты Московского государственного педагогического института имени Ленина, Московского государственного педагогического института иностранных языков, 1-го Московского государственного медицинского института. Дивизия народного ополчения Фрунзенского района Москвы начала формироваться сразу же после митинга, состоявшегося 4-го июля в МГПИ.
         9-го июля дивизия выступила из Москвы по Старокалужскому шоссе в район станции Катуары, в 30-ти километрах от столицы. Потом местом расположения ее стал район деревни Тишнево под Боровском. С Ржевско-Вяземского направления дивизию передислоцировали через Медынь и Юхнов в район деревни Большая Бобровка. Первоначальный состав дивизии был: 1-й, 2-й, 3-й стрелковые полки, 5-й запасной стрелковый полк, транспортная рота, 45-мм отдельный минометный дивизион.
        30-го июля дивизия вошла в состав 33-й армии Резервного фронта. 12-го сентября ополченской дивизии присвоили общеармейский номер, и она стала именоваться 113-й стрелковой дивизией. Состав дивизии стал таким: 1288-й, 1290-й, 1292-й стрелковые полки, 972-й артиллерийский полк. С 26-го сентября в дивизию вошел 239-й отдельный истребительный противотанковый дивизион. К концу сентября дивизия под командованием генерал-майора Преснякова А.И. была передана в состав 43-й армии  и выдвигалась на рубеж реки Шуйцы, западнее Спас-Деменска, Она закреплялась на участке Гарь - Сергеевка - Ясная поляна, тем самым перекрывая Варшавское шоссе во втором эшелоне 43-й армии. 2-го октября, начав наступление, немцы прорвали переднюю линию обороны 43-й армии и оказалась перед 113-й стрелковой дивизией. Танки противника атаковали дивизию в районе Ямное - Ясная поляна. Отдельный 239-й истребительный противотанковый дивизион 45-мм орудий здесь сыграл значительную роль в обороне дивизии. Немцы, однако, как правило не лезут "на рожон", как заставляли это делать своих солдат наши новоиспеченные командиры, руководствуясь "сталинской наукой побеждать", и стали искать обход дивизии с юга и с севера. На правом фланге 113-й дивизии артиллерии не было, и в результате 1288-й ее полк отступил с реки Шуица к Каширино. Обтекая дивизию с юга, 2-я танковая дивизия немцев заняла Теребивлю и Суборово. Суборово пытались отбить у немцев даже ночью, но безуспешно. 10-я немецкая танковая дивизия двигалась, не ввязываясь в боевые действия, дальше на восток через Дубровку и Мокрое. Командующий армией Собенников, под нажимом штаба Буденного, подготовил приказ об обороне на следующем рубеже по реке Снопот. При этом он уповал на 211-ю, 222-ю, 149-ю дивизии 43-й армии, по существу уже разбитые. По этому приказу 113-й дивизии придавалась батарея РС. Командир 113-й дивизии генерал Пресняков сумел убедить командующего в нереальности этого плана. Было решено организовать круговую оборону в районе Желны. С наступлением темноты подразделения 113-я сд заняли новые позиции.  4-го октября основной удар немцев пришелся на 17-ю стрелковую дивизию, оборонявшую Варшавское шоссе во втором эшелоне. Одновременно она пропускала через себя  отступающие части 43-й армии. Последними, через Любунь, в сторону северо-востока прошли части 113-й стрелковой дивизии.
       Утром 5-го октября оставшиеся в живых бойцы и командиры 113-й дивизии, после прохода боевых порядков 17-й дивизии, сосредоточились в лесу, в урочище Мох. В этой группе было около 2-х тысяч человек, среди них был и командир дивизии генерал-майор Пресняков. Пресняков на коротком совещании поставил задачу быстро сформировать из оставшихся бойцов подразделения и подготовиться к движению на восток. При этом каждую минуту возможна была встреча с противником. Вспоминает, тогда боец 113-й дивизии, Гордон А.Е.: «Вначале нам необходимо было пересечь проходившее неподалеку Варшавское шоссе, теперь уже занятое немцами. Наступали сумерки. При подходе к шоссе нас поддержали огнем несколько установок "Катюш" из дивизиона гвардейских ракетных минометов, отступивших, видимо, из Белоруссии и оказавшихся в расположении наших войск. Личный состав, естественно, об этом не знал. После нескольких залпов по движущемуся по шоссе автотранспорту и боевой технике врага установки были взорваны. Вероятно, у них закончились боеприпасы. Мы были ошеломлены этой неожиданной поддержкой. Еще более неожиданной она оказалась, по-видимому, для немцев. Движение по шоссе на некоторое время прекратилось, и нам удалось беспрепятственно его пересечь. В оставшееся ночное время мы смогли продвинуться на восток на 10-15 км и сосредоточились в лесу в районе станции и деревни Чепляевка. Отдохнув там и дождавшись темноты, мы намеревались двинуться дальше на восток для соединения с частями Красной армии. Вдоль опушки леса, в котором мы расположились, тянулась грунтовая дорога. К вечеру на ней появилась колонна бронетранспортеров, автомашин с пехотой и небольшая группа легких танков. Когда головная машина приблизилась к опушке леса, мы с удивлением обнаружили на ней красный флаг. Потом, присмотревшись, разглядели в центре его круг со свастикой. Появление противника застало нас врасплох. Единственным укрытием стали стволы деревьев. Времени на то, чтобы вырыть хотя бы индивидуальные окопчики, не было. Генерал Пресняков подал команду: "Приготовиться к бою, но огня без команды не открывать!". Когда противник приблизился к лесу, многие бойцы не выдержали и открыли беспорядочную стрельбу. Немцы от неожиданности остановились. В их колонне все смешалось, отдельные машины с пехотой выскочили вперед, но затем, преодолев замешательство, колонна развернулась. Танки и бронетранспортеры двинулись к лесу, ведя на ходу огонь, в том числе и разрывными пулями, которые, пролетая над нашими головами, разрывались потом даже от легкого соприкосновения с листвой деревьев. Создавалось впечатление полного окружения. Поднялась паника, которую с трудом удалось остановить. При этом много бойцов и особенно командиров и политработников погибло. Во время этого боя мы потеряли также остатки артиллерии, все автомашины и лошадей. С наступлением темноты гитлеровцы прекратили попытки смять нашу оборону. Трудно определить наши потери. Они были огромны. Из примерно 2-х тысяч человек способными передвигаться остались не более 300-350. Как выяснилось, уже после войны, генерал Пресняков и комиссар Антропов были тяжело ранены и попали в плен. Там они и погибли. Вспоминаю, какую тревогу вызвала у нас судьба тяжелораненых. Всех подававших признаки жизни мы взяли с собой, несли их на самодельных носилках, а затем оставляли в деревнях на попечение местных жителей. Другого выхода не было. Нашу группу после боя у Чапляевки возглавил полковой комиссар Клобуков. По глухим тропам, чаще всего в ночное время, мы двигались на восток. Приходилось ориентироваться на советы местных жителей о наиболее удобном и безопасном маршруте движения к Москве. Через несколько ночных переходов, мы вышли к реке Угра южнее Юхнова. Там мы столкнулись с подразделением немецких солдат. Вести бой мы были не в состоянии, так как у нас не было даже патронов. Гитлеровцы взяли нас в кольцо и погнали по Варшавскому шоссе в Юхнов. Таким образом, остатки центральной группы частей нашей 113-й дивизии Фрунзенского района Москвы перестали существовать, как воинские подразделения». Другая часть 113-й дивизии, под командованием майора Ковалина С.Ф. пробивалась по направлению Износки, Шанский завод и вышли в районе Борисовки, 15 км. южнее Можайска.
       Так как командир дивизии генерал Пресняков раненым под Чепляевкой попал в плен, т.е. "стал предателем",  то сохранившиеся официальные документы тех времен отражают события, так сказать, не совсем адекватно. Так упоминается, что Пресняков кончил командовать дивизией почему то 19-го сентября, т.е. до начала "Тайфуна",  а командовать этой дивизией с 19-го сентября стал полковник Миронов и до апреля 1942-го года. То есть генерал как бы и не участвовал в боях после 2-го октября, в том числе и под Чепляевкой". Да и сама дивизия "по настоящему"  начала сражаться только на "Нарском рубеже".  Вот так. А на "Нарском рубеже" на самом деле сражались остатки дивизии генерала Преснякова, те кому удалось выйти из окружения (скорей всего это была группа майора Ковалина). Тогда они были спешно пополнены такими же выходцами из окружения и  названы 113-й дивизией. В таком составе эта дивизия уже 12-го октября оказалась сначала под Боровском, а от туда вместе с 110-й дивизией отступила на Нарский рубеж.